Ориентироваться среди этих стандартных домов, магазинов, детских садов мог только привычный человек. Таня покорно шла за Виктором, и так они приблизились к одной из девятиэтажек, белой и длинной, как колбаса. Стены подъезда были густо покрыты надписями и рисунками, содержание которых сводилось к изъявлениям половой любви во всех формах: от детски-невинных (Оля + Саша=...) до весьма смачных, заставивших Таню поспешно опустить глаза. Поверх всего этого разнообразия ярко выделялась свежая крупная надпись: КАКАЯ СУКА ЗДЕСЬ ПИСАЛА? и дальше такими же крупными буквами автор подробно и нецензурно объяснял, что он намерен сделать с хулиганом, пишущим на стенах, если такового поймает.

К счастью, идти нужно было только до лифта. Виктор жил на четвертом этаже. Здесь стены блистали почти нетронутой белизной. Виктор подошел к двери, выкрашенной в стандартный, коричнево-красноватый цвет, и открыл своим ключом.

- Прошу вас, - он пропустил Таню вперед.

Миновав узенький темный коридор, они оказались в довольно большой комнате. Двое людей поднялись им навстречу.

- Привет, - сказал Виктор и обратился к Тане, - позвольте представить вам моих друзей.

Один из представляемых, огненно-рыжий, ростом поменьше своих друзей, но кряжистее, протянул руку.

- Аркадий, - произнес он сочным баритоном.

- Меня зовут Таня, - она смущенно прикоснулась кончиками пальцев к его крепкой широкой ладони.

Второй, светловолосый, слегка сжал Танину кисть сухими твердыми пальцами.

- Даниил, - представился он, - можно просто - Дан.

Он широким жестом повел в направлении мебели.